Что такое Гипотеза

Значение слова Гипотеза по Ефремовой:

Гипотеза — 1. Научное предположение, выдвигаемое для объединения каких-л. явлений и требующее проверки, подтверждения опытным путем.
2. разг. Любое предположение, догадка, допущение.

Значение слова Гипотеза по Ожегову:

Гипотеза — Научное предположение, выдвигаемое для объяснения каких-нибудь явлений. вообщепредположение, требующее подтверждения

Гипотеза в Энциклопедическом словаре:

Гипотеза — (греч. hypothesis — основание — предположение), предположительноесуждение о закономерной (причинной) связи явлений. форма развития науки.

Значение слова Гипотеза по Психологическому словарю:

Гипотеза — Гипотеза (от греч. hypothesis — основание, предположение) — предположение об отдельных свойствах окружающего мира, возникающее как фактор ориентировки деятельности — и обусловленное существующей у индивида субъективной картиной мира. Если решение задачи индивиду неизвестно, то в начале формируются очень общие гипотезы, за счет проверки которых устанавливается более определенное направление поиска. В качестве общих гипотез необязательно должны быть теоретические понятия — , процесс выдвижения гипотез и характер самих гипотез может быть интуитивными, без рефлексии логических оснований.

Значение слова Гипотеза по Финансовому словарю:

Гипотеза — структурная часть нормы права.

Значение слова Гипотеза по Логическому словарю:

Гипотеза — (от греч. hipothesis — основание, предположение)  -положение, выдвигаемое в качестве предварительного, условного объяснения некоторого явления или группы явлений. предполо­жение о существовании некоторого явления. Г. может касаться су­ществования объекта, причин его возникновения, его свойств и связей, его прошлого и будущего и т. д. Выдвигаемая на основе определенного знания об изучаемом круге явлений, Г. играет роль руководящего принципа, направляющего и корректирующего даль­нейшие наблюдения и эксперименты. Г. представляет собой необ­ходимое звено в развитии научного знания. Как предположительное, вероятное знание, еще не доказанное логически и не настолько подтвержденное опытом, чтобы счи­таться достоверным, Г. не истинна и не ложна. О ней можно ска­зать, что она неопределенна, лежит между истиной и ложью. Получив подтверждение, Г. превращается в истину и на этом пре­кращает свое существование. Опровергнутая Г. становится лож­ным положением и опять-таки перестает быть Г. Г. выдвигается в науке для решения некоторой конкретной про­блемы: объяснения новых фактических данных, устранения про­тиворечия теории с отрицательными результатами эксперимен­тов и т. п. Процесс обоснования Г., в ходе которого она либо отвергает­ся, либо превращается в достоверное положение (развернутая Г., касающаяся широкого круга явлений, становится научной теори­ей), в принципе не отличается от обоснования любого теорети­ческого положения. Самым общим образом способы обоснования Г. можно разделить на теоретические и эмпирические, учитывая, однако, что различие между ними относительно, как относительно само различение теоретического и эмпирического знания. Теоретические способы охватывают исследование Г. на не­противоречивость, на эмпирическую проверяемость, на прило­жимость ко всему классу изучаемых явлений, на выводимость ее из более общих положений, на утверждение ее посредством пере­стройки той теории, в рамках которой она выдвинута. Эмпиричес­кие способы включают непосредственное наблюдение явлений, предполагаемых Г. (если оно возможно), и подтверждение в опыте следствий, вытекающих из неё. Одним из критериев обоснованности Г. является ее согласие с фактическим материалом, на базе которого и для объяснения ко­торого она выдвинута. Г. должна соответствовать также устано­вившимся в науке законам, теориям и т. п. Это т. наз. условие непротиворечивости. Являясь принципиально важным, оно не означает, однако, что от Г. нужно требовать полного, пассив­ного приспособления к тому, что в момент ее выдвижения счита­ется фактом. Факты — не только исходный момент конструирова­ния Г., но и руководство к действию — к возможной корректировке как выдвигаемого предположения, так и самих фактов. В опреде­ленных условиях правомерна даже Г., противоречащая хорошо ус­тановленным фактам: вырывая факты из привычного теоретиче­ского контекста, она заставляет посмотреть на них с новой точки зрения и повышает вероятность обнаружить в них то, что ранее проходило незамеченным. Все это относится и к согласованию Г. с утвердившимися в науке теоретическими положениями: соответствие им Г. разумно до тех пор, пока оно направлено на утверждение лучшей, более эффективной теории, а не просто на сохранение старой теории. Второе необходимое условие обоснованности Г. -ее прове­ряемость, означающая, что Г. должна в принципе допускать возможность опровержения и возможность подтверждения. Г., не отвечающая этому требованию, не указывает пути для дальней­шего исследования. Таково предположение о существовании сверхъестественных, ничем себя не обнаруживающих объектов или Г. о «жизненной силе», проявляющейся только в известных и объяс­нимых и без нее явлениях. Третьим способом теоретического обоснования Г. является про­верка ее на принципиальную приложимость к широкому классу исследуемых объектов: она должна охватывать не только явления, для объяснения которых специально предложена, но и возможно более обширный круг родственных им явлений. Хорошим приме­ром здесь может служить Г. квантов М. Планка: выдвинутая внача­ле для объяснения сравнительно частного явления (излучения аб- солютно черного тела), она в короткое время распространилась на целый ряд областей и объяснила из одного основания чрезвы­чайно широкое поле физических явлений. Если Г., выдвинутая для одной области, ведет к новым результатам не только в исход­ной, но и в смежных областях, ее объективная значимость суще­ственно возрастает. Тенденция к экспансии, к расширению сфе­ры своей приложимости в большей или меньшей степени присуща всем плодотворным научным Г. Четвертый, собственно логический способ обоснования Г. — выведение ее из некоторых более общих положений. Если выдви­нутое предположение удается вывести из каких-то утвердившихся истин, это означает, что оно истинно. Данный прием находит, однако, только ограниченное применение. Самые интересные и важные Г. являются, как правило, весьма общими и не могут быть получены в качестве следствий уже установленных положе­ний. К тому же Г. обычно выдвигаются относительно новых, не изученных в деталях явлений, не охватываемых еще универсаль­ными принципами. Пятый путь утверждения Г. — внутренняя перестройка теории, в рамках которой она выдвинута. Выдвижение Г. диктуется динамикой развития теории, стремле­нием охватить и объяснить новые факты, устранить внутреннюю несогласованность и противоречивость и т. д. Успех Г. является од­новременно и подкреплением породившей ее теории. С другой стороны, сама теория способна сообщать выдвинутой на ее основе Г. определенные импульсы и силу и тем самым содействовать ее утверждению. Во многом поддержка, оказываемая Г. теорией, связана с внут­ренней перестройкой последней. Эта перестройка обычно заклю­чается во введении номинальных определений вместо реальных, при­нятии новых соглашений относительно изучаемых объектов, уточнении основополагающих принципов теории, изменении иерархии этих принципов или сферы их действия и т. д. Вводимые таким образом новые принципы, образцы, нормы, правила и т. п. меняют внутреннюю структуру как самой теории, так и постули­руемого ею «теоретического мира». Эмпирические способы обоснования Г. принято наз. верифика­цией, или подтверждением. Прямая верификация — это непосред­ственное наблюдение тех явлений, существование которых пред­полагается Г. Примером может служить доказательство Г. о существовании планеты Нептун: вскоре после выдвижения Г. эту планету удалось увидеть в телескоп. Прямая верификация возмож- на лишь в том случае, когда речь идет о единичных объектах или ограниченных их совокупностях, что делает ее сферу чрезвычайно узкой. Наиболее важным и вместе с тем универсальным способом верификации является выведение следствий из Г. и их последу­ющая опытная проверка. Однако этот способ верификации сам по себе не позволяет установить истинность Г., он только повышает ее вероятность. Превращение Г. в составной элемент теории, как правило, слож­ный и длительный процесс. Он не сводим к к.-л. одной процедуре, к отдельно взятому умозаключению. Г., ставшая частью теории, опирается уже не только на свои подтвердившиеся следствия, но и на всю теорию, на объяснение последней широкого круга явле­ний, предсказание новых, ранее неизвестных фактов, на связи между ранее казавшимися не связанными процессами и т. д. Г., превратившаяся в теорию или ее элемент, перестает быть проблематичным знанием. Но она не становится абсолютной ис­тиной, не способной к дальнейшему развитию. При последующем росте и развитии знания она корректируется и уточняется. Однако основное ее содержание, подвергаясь ограничениям и уточнениям, сохраняет свое значение.

Значение слова Гипотеза по словарю Ушакова:

ГИПОТЕЗА
гипотезы, ж. (греч. hypothesis) (книжн.). Научное предположение, не доказанное, но обладающее нек-рой вероятностью и объясняющее ряд явлений, без него необъяснимых (науч.). Создать гипотезу. Прийти к гипотезе. Строить гипотезы. Рабочая гипотеза (см. рабочий 2). || Всякое предположение, допущение, домысел.

Значение слова Гипотеза по словарю Даля:

Гипотеза
ж. греч. ипотеза, предположение, догадка, умозрительное положение. Гипотетический, -тичный. гадательный, предполагаемый. Гипотека ж. или ипотека, гипотечный залог, ручательство, поручительство залогом, обеспеченье. Гипотенуза или ипотенуза, математ. сторона прямоугольного треугольника, противоположная прямому углу. долонь, косыня. Гипохондрия или ипохондрия ж. низшая степень меланхолии, расположение к задумчивости, к мрачным мыслям. хандра. Ипохондрический, к состоянию сему вообще относящийся. Ипохондрик об. человек подверженный этому недугу.

Значение слова Гипотеза по словарю Брокгауза и Ефрона:

Гипотеза — Во второй аналитике Аристотеля, кроме истин, не требующих доказательства (аксиом), различаются два рода доказуемых положений (θέσις): определение (όρισμός), относящееся к сущности предмета, и предположение (ύπόθεσις), относящееся к его существованию. О Г. в позднейшем научном словоупотреблении см. ниже. Гипотеза в науках о природе (ύπόθεσις — все полагаемое в основание, предположение, основное положение, принцип) — предположение, делаемое нами для объяснения явлений. К таким предположениям мы прибегаем, когда сложность условий явления не допускает непосредственно экспериментального исследования, когда причины явления неизвестны или непонятны нам. Тогда, на основании прежде приобретенного знания, мы ставим предположение, выводим из него как должно бы происходить явление при данных условиях, и затем сверяем выведенный результат с наблюдаемым ходом явления. Из этих трех ступеней: предположения — гипотезы, вывода (дедукции) и поверки наблюдением состоит наибольшая часть случаев индуктивного исследования. К такому же способу исследования прибегаем мы в обыденной жизни, часто совершенно бессознательно вследствие привычки, при составлении представления предметов и явлений по некоторым видимым признакам их, недостаточным для образования ясного и отчетливого представления исключительно по ним. В этом случае мы делаем предположение о виде наблюдаемого предмета и проверяем насколько этот вид согласен с наблюдаемыми признаками. Для примера приводим чтение книги на знакомом языке, но с расстояния, не дозволяющего нам отчетливо видеть все буквы. По некоторым из них мы догадываемся (т. е. составляем предположение) каковы должны быть те или другие слова и затем проверяем насколько видимые буквы соответствуют этим словам. Что действительно таков процесс чтения в этом случае, подтверждается затруднительностью и прямо невозможностью читать при тех же условиях слова, напечатанные тем же шрифтом, но на незнакомом языке, или читать произвольный подбор букв, как это делается для определения дальности зрения. Между тем, вся разница между обоими случаями только в том, что в последнем случае мы не имеем возможности делать предположение о значении неясно видимых нами букв. Подобным образом поступаем мы сознательно при исследовании и объяснении явлений природы: мы ставим предположение о сущности и способе действия тех или других причин. Таковы, например, Г. всемирного тяготения, в астрономии. Г. волнообразного движения светового эфира, в физике. Г. атомистического строения вещества, в химии. Г. происхождения видов животных и растений, в биологии и т. д. Достоинство Г. оценивается не только степенью согласия выведенных из нее объяснений с наблюдениями, но и степенью согласия самых оснований Г. с современным ей мировоззрением. Неограничение выбора Г. таким условиям дало бы возможность подобрать самые невероятные основы для математического вывода результатов, совершенно согласных с наблюдаемыми явлениями. А это согласие, вместе с стройностью математических выводов, подкупает часто ученого и заставляет его забывать непрочность самых оснований выводов, между тем, эти выводы отчасти и держатся только на этих зыбких основаниях и падают вместе с ними. Но пока это случится, задержано будет развитие истинного объяснения явления, особенно если творцом ложной Г. является первоклассный авторитет. Такова, например, была покинутая теперь Г. Ньютона, объяснявшая явления света истечением из светящегося тела особенной световой материи. Авторитет Ньютона привлек к этой Г. многих первоклассных ученых, и общепринятой теперь Г. волнообразного движения эфира приходилось долгое время выдерживать с ней борьбу при неравных силах. Г. — как предположение, требует подтверждения наблюдением. поэтому один тщательно наблюденный факт, противоречащий Г., может окончательно опрокинуть ее. Так и было с Ньютоновой Г. истечения света: поборники ее, как это и всегда бывает, всячески приспособляли ее к объяснению разных световых явлений, гораздо проще и лучше объясняемых Г. волнообразного движения эфира, пока не обнаружился факт, прямо ее опровергающий. По Г. Ньютона, преломление лучей света при переходе их из одной среды в другую объяснялось большей скоростью луча в более преломляющей среде. Измерение же скорости света в разных средах, сделанное Фуко, дало результаты прямо противоположные этому и вполне согласные с выводами Г. волнообразного движения. Наоборот, постоянное подтверждение Г. наблюдением, увеличивает вероятность правильности ее постановки, в особенности, если Г. дает возможность предсказывать еще ненаблюденные явления. Тогда Г. возводится на степень теории данного рода явлений. Так, напр., предсказания некоторых явлений дифракции света Френелем и конической рефракции в двоякопреломляющих кристаллах Гамильтоном, сделанные ими на основании Г. волнообразного движения Гюйгенса, значительно подкрепили эту Г. и возвели ее на степень теории света. То же следует сказать и о Г. всемирного тяготения Ньютона. постоянное согласие результатов вычисления с наблюдаемыми движениями небесных тел, предсказанное заранее открытие планеты Нептун подтвердило основной закон Г. Ньютона и возвело ее на степень теории движения небесных тел. Обратиться в теорию соответственных явлений, подтвержденную наблюдениями, могут лишь те Г., или части Г., которые верно выражают способ или закон действия причин, количественное соотношение между этими действиями и этим самым дают основание для новых выводов, объяснений и предсказаний явлений. Те же Г. или части их, которые касаются сущности причин явлений, недоступной наблюдению, не могут рассчитывать на долговечность. они необходимо должны или потерять свое значение, или видоизмениться вместе с изменением наших воззрений на сущность явлений, с развитием наших познаний природы. Приведем для примера те же Г. Так, Г. всемирного тяготения для объяснения движения небесных тел принимает взаимное притяжение их через абсолютную пустоту, и притяжение частичек одного и того же тела через все вещество его, но без посредства этого вещества. вещество принимается как бы за проницаемое для силы. Такая сила совершенно не понятна нам. но закон действия этой силы, по Г. Ньютона, выражает действительный ход явлений. A это то и важно. мы наблюдаем не силы между небесными телами, а ускорения движения с тел. но эти ускорения таковы, "как будто бы" между телами существовало взаимное тяготение по Г. Ньютона. так полагал и в сам Ньютон, в первом издании своих в творений. Заменяя слова "взаимное тяготение тел" словами "ускорение тел друг к другу", мы получаем фактическое описание хода рассматриваемых явлений. Точно так же Г. волнообразного движения светового эфира верна и согласна с наблюдениями, пока она объясняет световые явления периодическими движениями или изменениями в некоторой упругой среде — эфире. Наблюдаемые световые явления позволяют делать некоторые общие заключения о свойствах этой среды: но лишь только мы коснемся вопроса о сущности эфира, так тотчас теряем прочную почву под ногами. Сущность вещества остается нам недоступной. Это обнаруживается и на древнейшей из физических гипотез — Г. атомистического строения вещества. По этой Г. вещество состоит из чрезвычайно мелких, не делимых далее атомов, ускользающих от наших наблюдений в самые сильные микроскопы. Эта Г. возникла в древней Греции около 600 лет до нашей эры, почти одновременно с противоположной Г., принимающей сплошность и беспредельную делимость вещества. Под влиянием физических и главным образом хим. учений, атомистическая Г. получила преобладание, и в настоящее время представляет стройную теорию, выдаваемую во многих трактатах почти за несомненную истину, несмотря на недоступность атомов непосредственному наблюдению. Она действительно хорошо объясняет все физические и хим. явления. но как только мы зайдем за пределы фактов, доступных наблюдению, как только заведем речь о свойствах и сущности этих атомов, тотчас обнаруживается различие воззрений (см. Вещество). Лет 25 тому назад возникло в среде английских физиков (Вильям Томсон) новое видоизменение Г. сплошности вещества, именно: Г. вихревых колец в сплошной несжимаемой мировой жидкости. Вихревые кольца должны нарушать равенство гидростатического давления в жидкости (по закону, открытому Гельмгольцем лет 35 назад), причем эти кольца не могут ни уничтожиться, ни вновь возникнуть, а сохраняют присущие каждому из них свойства. Они-то и должны заменить атомы атомистической Г., а возбуждаемая ими разность давлений в среде должна заменить междуатомные силы. Г. молекулярных вихрей, неразработанная в настоящее время, уступает в стройности атомист. Г.. но нельзя отрицать возможности дальнейшего ее развития. Но если бы Г. молекулярных вихрей и достигла когда-либо преобладания над атомист. Г., то все таки эта последняя не исчезнет из науки без следа, как бесполезная или неверная. Напротив, выработанная в течении нескольких столетий под влиянием развития наших знаний, она содержит, кроме предположения о сущности атомов, много фактических научных данных о количественном соотношении между различными проявлениями вещества. Эти факты, найденные при содействии атом. Г., но не связанные неразрывно с предположением о сущности вещества, составляют неотъемлемое научное приобретение. они целиком войдут во всякую Г., кот. явится когда-либо на смену атомист. Иначе обстоит дело с Г., которые не могут служить опорой для выводов количественных соотношений между объясняемыми явлениями. К таким Г. можно отнести, например, отвергнутые теперь Г. магнитных и электрических жидкостей. В действительности они ничего не объясняли, а только выражали в иносказательной форме известные в свое время факты и законы в области магнитных и электрических явлений: взаимодействие между неизвестными нам электрическими или магнитными процессами заменялось точно таким же взаимодействием между особенными жидкостями. Но эти Г. имели значение лишь до тех пор, пока не выходили за пределы явлений, на которых основана постановка их. Служить опорой для вывода новых явлений они не могли, и потому с переменой наших воззрений на сущность электрических явлений утратили теперь свое значение. Но в свое время, однако, и они принесли пользу науке: удовлетворяя требованию нашего ума объяснять всякое явление соответственными причинами, эти Г. давали вместе с тем возможность систематизировать накопившийся запас наблюденных фактов и тем самым облегчалось их изучение. Разумеется и при исследовании явлений, как и во всех действиях человека, возможны ошибки — возможна поспешная постановка мелких Г., не имеющих достаточных оснований. Но вреда большого от этого нет: поверка выводов наблюдением не допустить развития неверных Г. Без Г. наука обойтись не может: они составляют единственное, и, как показала история развития науки, могучее орудие для исследования явлений. Все наше современное знание природы развилось при содействии Г. Дать очерк всем Г. — значит дать очерк всему естествознанию. изложить историю развития их, значит написать историю развития науки о природе. П. Фан-дер-Флит.



Рубрики Г